Городской романс

Где еще в Киеве выставляться фотохудожнику Александру Ранчукову, если не в галерее «РА»? Ра-нчуков. «РА-фото». Да и, кроме того, в столице всего две галереи, специализирующиеся именно на фотографии. «РА» и Игоря Гайдая. Но мы сейчас – не об этом. Где бы ни проходили выставки Ранчукова, - даже случайся они еще реже, чем нынешнее «редко» (последний хорошо нашумевший проект «Образ жизни – советский», составленный из худфото украинской столицы времен «застоя», т.е. образца конца 1970-х – начала 1980-х гг., «отшумел», дай Бог, на исходе 1990-х), - сам художник давно стал таким же «культурным феноменом» Киева, как, скажем, Андреевский спуск. Как все столь трепетно любимые Ранчуковым улочки Старого Города, зачастую, и служащие объектом его художественной рефлексии. Впрочем, вы не можете не знать автора фотоальбомов «Киев Михаила Булгакова» и «Киев архитектурный», «Верхний город» и “Літопис Руський”. Сам же он год за годом, кажется, норовит ответить на единственный главный для себя вопрос: “Может ли кто не знать Киева так, как не знаю его я?” Ответ очевиден – но не для самого художника…

“Во Вселенной города” – проект, в сущности, небольшой и достаточно камерный. Несколько десятков черно-белых, как всегда у Ранчукова, фото размещаются в двух залах галереи “РА-фото”. В одном – работы, по преимуществу, датирующиеся 2000 г. Другой, по контрасту – снимки 1981-го и конца 1980-х. В первом зале Город уже приоделся в огни реклам, второй – интроспективный, ностальгический взгляд в прошлое. Дома и улицы Киева без нацепленных временем ярких масок усиливают до слез странное, щемящее чувство: Киев – это гармония запустения. Подписи лаконичны: “Крещатик, 16”. “Ул.Борисоглебская.” “Ул. Братская.” И т.п. Многие снимки двадцати с лишним летней данности снабжены примечанием: “здание не сохранилось”. Обсуждая собственно фотопроект, можно, конечно, с иронией: известный герой фильма “По семейным обстоятельствам” тоже, помнится, “фиксировал” (правда, на полотне и при помощи масляных красок) “уходящую натуру” старой Москвы – причем, сверяясь с генпланом застройки. Еще можно, наверное, вспоминать пресловутый “Образ жизни – советский”. (Часть снимков явно – “родом” оттуда, а если даже не экспонировались в том, старом проекте – просто потому, что нельзя объять необъятное и за один раз показать все отснятые кадры.) Но делать этого не нужно. Потому что – по большому-то счету, бессмысленно. Как бы ни называл свои выставки художник А.РАнчуков, и в каком бы порядке не размещал в залах фото. Меланхоличная, овеянная туманами, сквозь которые – искры фонарей. Или –сумрачно-заснеженная, с одинокими (экзистенциальная “вещь в себе”!) человеческими фигурками. Зачастую, записанная плавными, рождающимися на стыке света и тени, изгибами старинных зданий, виньетками и лепниной эпохи модерн, всеми этими “типично киевскими” чугунными скамейками в парках, геометрией оград и закругленными линиями древних улиц и двориков. Музыка фотокартин А.Ранчукова звучит громче любого самого досужего комментария. Ощущаешь – кожей. Киев Ранчукова – музыкальная шкатулка, тихонько играющая что-то свое щемяще-прекрасное. Что-то вроде “Полонеза” Огинского. Год за годом.

Алла ЧЕРДЫНЦЕВА